pamyatnik

Статьи

Статьи Е.Писарева о коммуне

Эта статья была опубликована в двух номерах газета "АиФ-Тамбов". Говорят, она рассердила обитателей поселка Ленинский, на территории которого в 20-30 годы располагалась Ирская коммуна. Вроде бы я непочтительно отнёсся к колхозу имени Ленина, который возник на месте разгромленной коммуны. По просьбе тех, кто не читал статью в газете, выкладываю её здесь.

НЕОПТИМИСТИЧЕСКАЯ ТРАГЕДИЯ

Про Ирскую коммуну в советские времена писали даже ленивые. Но при этом умалчивали о судьбе коммунаров…

В коммуне остановка

В начале 20-х годов переселенцы, уехавшие в свое время в Америку на поиски лучшей доли, прослышали, что в новой России крестьянам дают землю и свободу от эксплуататоров. Слухи были туманные, противоречивые, говорили, что в России голод. И все же многие кинулись в советскую миссию в Нью-Йорке, чтобы уехать туда строить новую жизнь, при которой голод невозможен. А главу государства В. Ленина увлекла идея создания сельскохозяйственных коммун по американскому образцу на базе крупных помещичьих хозяйств. В приветственном письме Обществу технической помощи Советской России он рекомендовал переселенцам взять с собой побольше продовольствия, одежды, и быть готовыми к лишениям, которые их ждут в отечестве, освобожденном от царского гнета.

22 апреля 1922 года в село Ира Кирсановского уезда Тамбовской губернии прибыло 65 американцев. По национальному составу это был настоящий интернационал: русские, украинцы, белорусы, поляки, венгры, немцы, австрийцы, евреи, итальянцы. 

Обосновались переселенцы в живописных местах, где сливаются реки Ира и Ворона, на землях бывшего хозяйства князей Оболенских. Некогда образцовое помещичье хозяйство в гражданскую войну изрядно потрепали и красные, и белые, а довершили разграбление местные крестьяне. В наследство от помещичьего хозяйства коммунарам досталось лишь шесть лошадей, два десятка коров и руины хозяйственных построек.

Но искатели «земли обетованной» явились не с пустыми руками, а с тремя новенькими тракторами «Клейтон», со своим сельхозинвентарем и 10 тысячами долларов уставного капитала – суммой по тем временам немалой. Учитывая, что энтузиасты приехали сюда в день рождения вождя мирового пролетариата, коммуне через два года официально присвоили имя Ленина. С этим именем новые граждане России рассчитывали получить землю в собственность и свободно работать на ней.

Работы «новые русские» не боялись. За три года они возвели несколько двухэтажных домов, клуб, школу, столовую, водяную мельницу, лесопилку, мастерские. Заодно отремонтировали скотный двор, конюшню, подсобные помещения. В первый же год коммунары получили невиданный для здешних мест урожай зерновых, сами же не бедствовали, хотя жили весело. По вечерам собирались в клубе, похожем на американский салун на диком Западе, музицировали, читали вслух газеты. Но энтузиазма становилось все меньше, как и надежд на лучшее будущее. В 1925 году часть коммунаров вернулись в США - тогда такая возможность ещё была.

Судьба предопределена

История коммуны интересна ещё и тем, что её вдохновители и создатели за короткий срок построили на помещичьей земле Советский Союз в миниатюре - со всеми его пороками и особенностями. Судьба коммуны была так же предопределена, как и судьба огромного государства, скроенного по утопическим чертежам и сшитого на живую нитку. Экономику коммуны подломили уравниловка и местные крестьяне - их принимали туда без всякого взноса и они становились фактически нахлебниками, иждевенцами иностранного капитала. К добротно одетым «американцам» аборигены относились недоверчиво, видели в них новых помещиков, поэтому не считали зазорным украсть, уклониться от работы. Сами «господа» питались скудно, мяса практически не видели, но при этом делились с местными жителями последним куском хлеба.

Коммунары пытались изменить принципы ведения хозяйства, избавиться от нахлебников, ввести хозрасчёт, самостоятельно распоряжаясь прибылью. Председатель коммуны Карп Богданов стал практиковать наёмный труд, но и это не помогало. Тем не менее, ещё несколько лет коммуна продолжала существовать на проценты от первоначального капитала, оставаясь островком благополучия на фоне всеобщего обнищания деревни.

В июле 1931 года в коммуне побывали английский драматург и «парадоксов друг» Бернард Шоу, антисоветчица леди Нэнси Астор, а также видные британские общественные деятели лорд Астор и лорд Лотней. После этого визита коммуна обрела мировую известность.

В коммуну гостей доставили на автомобилях, с хозяйством их знакомил секретарь местной парторганизации Петр Табала. Англичане вникали во все детали организации жизни крестьян, задавали вопросы. Бойкие ответы коммунаров подчас ставили неугомонную леди Астор в затруднительное положение, а знаменитый драматург был сражен и растроган.

По прибытии в Великобританию Бернард Шоу поделился с журналистами своими впечатлениями от СССР, от посещения Ирской коммуны. В частности, он заметил: «Говорят, в России голод. Не знаю, меня кормили очень хорошо». Сказано это было, напомним, в 1931 году, когда в стране разразился страшный голод, унесший миллионы жизней. Но заезжих знаменитостей кормили хорошо, сталинский режим уже тогда умел пустить пыль в глаза даже самому проницательному гостю. Что касается леди Астор, то она в отличие от знаменитого англичанина, славящегося своим острым умом, оказалась прозорливее в оценке положения дел в России - позолоченная вывеска её не обманула. 

Трагедия назревала уже тогда, но её заключительный акт разыгрался через семь лет, когда многие коммунары волею НКВД оказались шпионами, диверсантами, вредителями. Коммуна стала удобным объектом для репрессий – иностранцы в Советской России всегда были под подозрением.

Как коммунары стали контрабандистами

Лет 15 назад автор этих строк случайно узнал, что его соседка, старая коммунистка Нина Ивановна Лебедева в 30-е годы работала бухгалтером в финансовом отделе Тамбовского облисполкома и проводила ревизию в Ирской коммуне. Не выведать у неё подробности о жизни и смерти коммунаров – навек дураком остаться.

- Все эти так называемые коммунары, - сразу же заявила Нина Ивановна, - оказались врагами народа. Весь выращенный хлеб они переправляли в Америку…

- Нина Ивановна, как же это делалось? Зерно надо было на что-то погрузить, отправить в портовый город, переправить через океан. Такое без участия государства немыслимо!

- Не скажите. У них были свои каналы, связи с заграницей. Они не только хлеб вывозили, но и шпионили, вредили...

- Хорошо, допустим на мгновение, что контрабанда в таких объемах возможна. Но у коммунаров же был план обязательных поставок, зерно они должны были сдавать государству, выполнять первую заповедь хлебороба, как тогда говорили...

- О, они были хитрые, они по два плана делали! Один отправляли за океан, а другой сдавали государству. Из-за этого их долго не могли поймать за руку. В конце концов, их разоблачили. Одних расстреляли, других посадили...

Правда в рассказе Нины Ивановны содержалась лишь в последней фразе. Из 42 оставшихся коммунаров 24 были репрессированы. Одних расстреляли по обвинению в шпионаже и диверсиях, остальные с теми же обвинениями сгинули в ГУЛАГе, где они узнали, что такое настоящая социалистическая коммуна. В село никто из них не вернулся.

Секретаря парторганизации Петра Табалу расстреляли как американского шпиона, эта же участь постигла и руководителя коммуны Карпа Богданова. В архивной справке о нем сказано:

«Богданов-Богданович Карп Григорьевич, 1886 года рождения, уроженец Белоруссии, проживал в с/x коммуне им. В. И. Ленина Кирсановского района. Председатель с/х коммуны им. В .И. Ленина, с 1917 г. по 1922 г. - член социалистической партии и компартии Америки, с 1922 г. по 1936 г. - член ВКП(б). Репрессирован 28 сентября 1938 года тройкой УНКВД по Тамбовской области. Расстрелян».

В официальных списках репрессированных сохранились имена австрийца Иосифа Августина, который работал в коммуне поваром и сторожем, белорусов Ивана Брицко, Василия Воробья, Петра Калоши, Михаила Кардаша, Сафрона Комсы, Степана Кузьмича, Ефимии Куц, Ивана Лапского, Федора Ручки, Александра Таянко. Всех их тоже расстреляли.

Возрождение на костях

В конце 60-х годов, когда страна готовилась отметить 100-летие со дня рождения Ленина, о коммуне вспомнили как о детище вождя мирового пролетариата и колхозного крестьянства. Благодаря государственным дотациям колхоз вновь стало парадной витриной Кирсановского района. Сюда возили партийных товарищей из Москвы, иностранных визитёров, чтобы продемонстрировать им жизнь «типичного колхозного села», созданного коммунарами. Зарубежных гостей трудно было удивить машинной дойкой, механизированной раздачей кормов, телевизорами в домах колхозников. Для них удивительным был сам факт существования хозяйства с нерентабельной экономикой, поэтому оно им казалось «русским чудом». Об обстоятельствах ликвидации коммуны экскурсоводы не рассказывали… 

Первые коммунары по сути дела создали материально-техническую базу для колхоза имени Ленина. С 1967 года в селе работает народный музей, созданный учителем истории местной школы Марией Желудковой. В селе сохранились некоторые сельскохозяйственные машины, привезенные сюда первыми коммунарами, картины и скульптурные работы местных художников. 

В начале этого года жители села Ленинское обратились к тамбовскому губернатору Олегу Бетину с просьбой посодействовать включению домов коммунаров в перечень объектов исторического и культурного наследия Тамбовской области, помочь создать музей, воссоздав в нём быт коммунаров. Затем последовали ещё два письма с такими же просьбами.

Запустение

Вместе с главой Ленинского сельсовета Владиславом Левиным мы идем через заросший парк, где стоят шесть деревянных двухэтажных домов, построенных коммунарами. Сейчас в них живут порядка 50 семей, а когда-то это место было центром села с ухоженным парком и местами отдыха. Дома заметно обветшали, но больше не от времени, а от отсутствия хозяина. В одном из домов располагалась общая столовая, где питались коммунары, был здесь и своего рода клуб. Сохранился мост через ручей, ныне заросший и заваленный пластиковыми бутылками. От кирпичной бани и прачечной остались живописные развалины. Повсеместно царит эстетика запустения и упадка.

Глава местной власти полагает, что для реставрации всего этого комплекса требуются немалые средства, с чем трудно не согласится. Но кроме денег нужны ещё административная воля и энтузиазм населения, которого в избытке было у коммунаров. Редакция «АиФ-Тамбов» полагает, что Ирская коммуна это не только яркая, но и трагическая страница истории нашего края. Поэтому на её территории должны быть поименно увековечена и память о безвинно погибших коммунарах – жертвах политических репрессий.

Надежда ТОЛМАЧЕВА, начальник отдела сохранения, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия областного управление культуры и архивного дела:

- Чтобы поставить объект на государственную охрану, необходимо пройти процедуру, предусмотренную федеральным законом № 73 «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации». Государственная охрана убережет объект от сноса, но следом неизбежно встанет вопрос финансирования, которое по закону ляжет на плечи собственника. Чтобы решить эти вопросы, важно попасть в программу развития культуры, разработать концепцию, провести правовую экспертизу. Инициатива должна исходить от местных властей, от жителей. Мы готовы пройти все процедурные моменты для создания на месте бывшей Ирской коммуны охранной зоны, определить, какие именно объекты можно и нужно взять под охрану. Но для этого, повторяю, предварительно необходимо уладить все вопросы с собственником, решить вопрос дальнейшего использования объекта.

Владислав ЛЕВИН, председатель Ленинского сельсовета, глава администрации:

- У коммунаров все было общее, они обедали они в одной столовой, и говорят, что даже семьи были общие. После первого обращения на сайт губернатора село Ленинское посетил директор областного Центра по сохранению и использованию историко-культурного наследия и киноматериалов Тамбовской области Александр Кузнецов и осмотрел всё, что сохранилось. Я направил письмо главе Кирсановского района Владимиру Хатунцеву с предложением устроить в одном из домов музей Ирской коммуны. Ныне существующий музей села довольно мал, хотя богат по экспозиции. Однако от главы района пришел традиционный ответ - нет средств, могут помочь только областные структуры. В принципе из дома, где была столовая, вполне можно сделать гостиницу с рестораном. Это было бы отличное место для туристов, если расчистить парк и реку.

OK BK FB LJ IG